«Пена дней» и другие истории - Борис Виан

– Веди ты, Ли. У тебя лучше получается.

Он бросил на меня быстрый взгляд исподлобья. Это был единственный намек на позавчерашний вечер. Весь остальной путь он пребывал в обворожительном настроении и рассказал мне тьму любопытного о стариках Эсквит, двух порядочных мерзавцах, вступивших в жизнь с изрядным капитальцем, что само по себе неплохо, но еще и с привычкой помыкать людьми, единственным недостатком которых был иной цвет кожи, чем у них. Они владели плантациями сахарного тростника где-то на Ямайке или на Гаити, и Декс утверждал, что в их доме пьют «адский» ром.

– Это будет покрепче, чем «зомби» Рикардо, Ли, а тебе ведь известно, что это за штука.

– Еще бы, – кивнул я и нажал как следует на газ.

Мы сделали добрую сотню миль всего за час с небольшим; когда мы въехали в Приксвилл, Декстер стал показывать мне дорогу. Этот городишко был еще меньше Бактона, но дома выглядели шикарнее, а сады казались побольше. Бывают уголки вроде этого, где у всех, кажется, полно монет.

Ворота Эсквитов были открыты, и я с ходу въехал на площадку перед гаражом, у меня мотор работал без перебоев. Я припарковал наш клиппер позади двух других машин.

– Кто-то приехал раньше, – сказал я.

– Нет, – заметил Декстер, – это хозяйские. Думаю, что мы одни. Кроме нас, будет еще несколько здешних типов. Они тут все приглашают друг друга по очереди, потому что у себя дома лезут на стенку со скуки. Да и такие развлечения, надо сказать, у них бывают нечасто.

– В общем, – сказал я, – этой публике, как я погляжу, не позавидуешь.

Он рассмеялся и вылез. Мы взяли свои чемоданы и нос к носу столкнулись с Джин Эсквит. В руках она держала теннисную ракетку. На ней были белые шорты и великолепно облегавший ее формы пуловер стального цвета, вероятно только что натянутый после игры.

– А! Вот и вы! – сказала она.

Казалось, она была счастлива увидеть нас.

– Ступайте приведите себя в порядок.

Мы с Дексом переглянулись и одновременно кивнули в знак согласия.

– А где Лу? – спросил Декс.

– Она уже поднялась наверх, – сказала Джин, – наверное, переодевается.

– О! – сказал я недоверчиво. – Здесь переодеваются к бриджу.

Джин расхохоталась:

– Да нет, разве что шорты меняют. Идите наденьте что-нибудь поудобнее и возвращайтесь. Вас проведут сейчас в ваши комнаты.

– Надеюсь, – подхватил я, – вы тоже поменяете шорты. Ведь уже прошло не меньше часа, как вы надели эти.

– А я не потею, – заявила Джин. – Как младенец!

– И вы проиграли, конечно?

– О да!..

Она снова засмеялась. Она знала, что смех ей очень идет.

– Тогда я могу рискнуть вызвать вас на один сет? – сказал Декс. – Не сейчас, само собой. Завтра утром.

– Ну разумеется, – сказала Джин.

Может, я ошибаюсь, но, кажется, она предпочла бы, чтобы это был я.

– Хорошо, – сказал я. – Если есть второй корт, я вызову Лу, и проигравшие будут играть между собой. Постарайтесь проиграть, Джин, и у нас будет шанс сыграть вместе.

– О’кей, – сказала Джин.

– Ну, – подвел итог Декс, – если все так плутуют, то проигравшим буду я.

Мы все засмеялись, хотя не сказали ничего смешного. Но надо было разрядить обстановку. Затем мы с Дексом пошли следом за Джин к дому, и она сдала нас на руки чернокожей прислуге – худенькой женщине в белом накрахмаленном передничке.

XII

Я переоделся в своей комнате и спустился вниз к остальным. Кроме Декса, там были еще двое парней и две девицы, фифти-фифти; Джин с одной из девиц и двумя парнями играла в бридж. Лу тоже сидела там. Предоставив Дексу развлекать вторую девицу, я повернул ручку приемника, чтобы поймать что-нибудь танцевальное. Я наткнулся на Стена Кентона и оставил. Это было лучше, чем ничего. От Лу пахло новыми духами, они понравились мне больше, чем предыдущие, но мне хотелось подразнить ее.

– Вы сменили духи, Лу.

– Да. Разве эти вам не нравятся?

– Нет, отчего же, они неплохи, но ведь это не принято.

– Что?

– В порядочном обществе не принято менять духи. Настоящая леди верна одному запаху.

– Откуда вы это выкопали?

– Это всем известно. Старое французское правило.

– Мы не во Франции.

– Тогда почему вы пользуетесь французскими духами?

– Они самые лучшие.

– Бесспорно, но если вы следуете одному правилу, надо следовать и всем остальным.

– Скажите на милость, Ли Андерсон, где вы этого набрались?

– Плоды просвещения, – усмехнулся я.

– Какой колледж вы закончили?

– Ни один из тех, что вы знаете.

– То есть?

– Перед тем как вернуться в США, я учился в Англии и в Ирландии.

– Почему вы работаете в таком месте? Вы могли бы зарабатывать больше.

– Я зарабатываю достаточно, чтобы делать то, что хочу, – сказал я.

– Расскажите о вашей семье.

– У меня было два брата…

– И?..

– Младший умер. Несчастный случай.

– А другой?

– Другой жив. Сейчас он в Нью-Йорке.

– Мне хотелось бы с ним познакомиться, – сказала она.

– Я предпочел бы, чтобы вы его не знали, – сказал я.

Казалось, она оставила свою резкость, выказанную у Декстера и у Джики, и забыла, что я с ней тогда делал.

Я представил себе это.

Но я ошибся, полагая, что она все забыла.

– Забавные у вас друзья, – сказала она, без всякой связи переходя к другой теме.

Мы продолжали танцевать. Мелодии следовали почти без перерыва, и это помогло мне избежать ответа.

– Что вы сделали с Джин в тот раз? – сказала она. – Ее словно подменили.

– Ничего я с ней не делал. Только помог ей протрезветь. Есть известный способ.

– Похоже, вы рассказываете мне сказки. С вами хорошему не научишься.

– Я чист, как младенец, – заверил я.

Была ее очередь не отвечать, и на несколько минут она полностью погрузилась в танец. Она затихла в моих руках и, казалось, ни о чем не думала.

– Хотела бы я быть там с вами, – заключила она вдруг.

– Я тоже сожалею об этом, – сказал я. – Вы были бы теперь спокойны.

От одной этой мысли кровь бросилась мне в затылок. Взять их обеих и покончить с ними разом, после того как я им скажу… Нет, это невозможно…

– Мне кажется, что вы говорите не то, что думаете.

– Я не знаю, что мне еще сказать, чтобы вы поверили, что именно это я и думаю.

Она энергично запротестовала, назвала меня педантом и обвинила в том, что я говорю как австрийский психиатр. Все это было несколько утомительно.

– Я хочу понять, – пояснил я, – в какие моменты